– Так больше невозможно…
Савелий смотрел в окно особняка, заложив руки за спину. За его напускным спокойствием скрывался ураган эмоций.
– Что ты предлагаешь, брат? – спросил устало.
Нас обоих вымотала эта чёртова хрень.
– Надо найти девушку.
– Которую по счёту? – я горько усмехнулся.
– Нужно искать. Снова и снова.
– Может, всё-таки в Швецию? Там это норма.
Савелий медленно отошёл от окна и сел в кресло. Его бокал с коньяком уже согрелся, хотя в комнате работал кондиционер.
– Помнишь, в полсотке на эпизоде была девчонка…
– Серебристая которая? Помню. Она мне снилась… – я осёкся.
Савелий поднял на меня ироничный взгляд. Я мог бы и не рассказывать ему, как кончил во сне, когда мне приснилась та красавица.
– Имя у неё редкое. Забыл… – брат сделал глоток коньяка и покатал его на языке.
Миндально-шоколадный вкус сменился нотками оранжада и морской соли.
– Ярослава.
– Да, точно, – держа бокал, Савелий направил на меня указательный палец, допил коньяк. – Ничего против не имеешь? – спросил серьёзно.
Мог бы и не спрашивать.
Дубль первый. Свет! Камера! Мотор! Начали!
Задумайтесь над своим поведением…
Не мало ли вы себе позволяете?
– Яра, мы опоздаем, если ты ещё минуту прокрутишься у зеркала, – нетерпеливо ворчала подруга. – Давай быстро, такси уже ждёт.
Мы со Светой шли на скандальное шоу «За закрытыми дверями» клакерами – наёмными зрителями. Это наше с подругой хобби. Она работает учителем географии в школе, а я делопроизводителем в магазине товаров для животных. По приезду в Москву долго искала такую работу, чтобы её было не слишком много, зарплата нормальная и кабинетик свой. В «Четыре лапы и хвост» я всё это получила. И как отдельная приятность – свободный тайм-менеджмент: когда нужна, тогда на работу и прихожу. Конечно, в отчётные периоды бывают и авралы, но в целом все поставки по чёткому графику, коллектив продавцов давно сложившийся, директор магазина – Анна Павловна, мать Светы – просто душка, мы давно и успешно подменяем друга. Она меня с дочерью и познакомила, когда узнала, что я никого в городе не знаю. А весёлая девушка приобщила меня к своему хобби – съёмках в массовках.
– Да иду, иду!
Я отдёрнула светло-серую юбку, поправила нежно-голубую приталенную блузку, застегнула на шее тонкую цепочку с подвеской в виде капли росы, уютно устроившуюся между грудей, покрутилась, тряхнув моей гордостью – длинными волосами редкого лавового пепельного оттенка, сунула ноги в туфли на шпильке и взяла клатч. Брызнула в воздух французские духи и прошла сквозь облачко. Подруга нетерпеливо переминалась с ноги на ногу и всё смотрела время на сотовом.
– Взяла переодеться?
Я молча подхватила небольшую сумку и вышла за Светой в коридор. Пока замыкала дверь комнаты в общежитии, она уже унеслась вниз…
…А ещё через час мы благополучно входили в студию, как раз когда помощник режиссёра крикнул:
– Грехова здесь?
Я помахала молодому парню:
– Здесь!
Алексей подошёл ко мне:
– Сядешь на третий ряд у прохода. Запоминай: когда «маска» скажет «Если найдётся женщина, которая сядет ко мне в ванну…» ты встаёшь и садишься в ванну. Учти – если кто-то успеет вперёд тебя, свои пять штук ты не получишь. Усекла?
– Не сомневайтесь, Алексей!
– Хорошо. Подпиши, что предупреждена о том, что любые отношения с участниками программы за пределами студии – лично ваше дело, и руководство канала за это ответственности не несёт.
Я легко подмахнула подставленный документ и едва успела закончить подпись, парень выдернул планшет у меня из рук и гаркнул:
– Гости студии, по местам!
Мы со Светой поспешили занять кресла, а когда и все остальные наёмные зрители расселись, двери студии открылись для тех, кто купил билет на шоу, в котором трясут чужими скелетами.