- Сколько, на данный момент, у нас
девушек? – Стальной голос резал воздух в квадратной, маленькой
комнате, похожей на серверную. На сером полу под ногами путались
провода, по стенам стояли стационарные блоки, на которых то и дело
мерцали светодиоды. Помещение освещал лишь небольшой, тусклый
монитор в углу, который криво стоял на компьютерном столе.
- Тридцать четыре тысячи. – Грузный
мужчина, сидящий на крошечном для него кресле тяжело вздохнул. –
Последнее время роста особо нет.
- Дерьмо. – Высокий человек, который
стоял над сидящим, щелкнул зубами, затем послышалась едкая усмешка.
– Непопулярная выдалась лотерея, но что уж теперь. Желающих
провести лето с мажорами меньше, чем я ожидал.
- Я для вас отобрал девочек от
восемнадцати до двадцати трех лет. – Мужчина нервно заерзал на
стуле. – Просеял, как вы просили.
- Сколько их сейчас?
- Восемь тысяч. – Снова вздох. –
Остальные либо старше, либо им... шестнадцать-семнадцать.
- Мне нужна юная девушка, которая
сможет заниматься сексом. – Казалось, молодой человек насмехался
над своей же формулировкой. – Семнадцать – это слишком мало.
- Будете все восемь тысяч смотреть?
– В комнате послышалось нервное кряхтение.
- Нет. Она должна быть... особенной.
– Вновь усмешка. – Настрой сейчас анализатор лиц таким образом,
чтобы поиск по анкетам сразу отсеял круглые лица. Мне не нужны
недоразумения с лишними килограммами. Еще у нее должна быть белая
кожа. Никаких черных, азиатов, или латиносов. Только классика.
- Уже две тысячи. – Мужчина щёлкал
по клавишам.
- Слишком вытянутые лица тоже
вышвырни из возможных приемлемых. Ходячая лошадь нам тоже ни к
чему.
- Она должна быть красавицей. – С
предвкушением пролепетал компьютерщик.
- Нет. – Отрезал стоящий рядом
человек. – Ни в коем случае, это вызовет общественный резонанс.
Должен быть кто-то, кого зритель... не будет жалеть. Она должна
быть эмоциональной. Истеричной? Возможно.
- Мы не сможем определить по фото из
анкеты эмоциональность. – Толстяк вздохнул.
- Отнюдь. Попробуй найти тех, у
кого... лёгкая ухмылка. Асимметрия губ, словно рот дрогнул на
камеру. И брови с изломом. Это выглядит слегка стервозно, прямо
то... что нам и нужно.
- Таких всего шесть. – Казалось,
программист сам удивился этой цифре.
- Дай-ка взглянуть. – Высокий
человек нагнулся над монитором, взял руки мышь и стал листать.
- У этой нервный тик. Эта... это не
та асимметрия, она больна чем-то. Может, у нее инсульт был. - Вновь
щелчок зубами. – Здесь кривая челюсть.
- А по-моему симпатичная...
- Совсем ослеп в этой коморке?
Кривая челюсть, прикус. Оттого и «ухмылка». – Внезапно молодой
человек нагнулся ещё ниже и прищурился. – Так-так, кто тут у
нас?
С фото на него смотрела странная
молодая девушка. С уверенным взглядом, чуть прищуренными, голубыми
глазами и едва заметной ухмылкой. Темно-русые, с серым оттенком
волосы неуклюже собрались на затылке в тугой хвост, а зрачки
поблескивали воодушевлением. Светлым энтузиазмом.
- Я нашел нам победительницу. –
Силуэт с усмешкой выдохнул. – Чуть стервозное, самоуверенное лицо,
не обремененное особым интеллектом. Просто превосходно.
- Это же просто лицо. – Толстяк
напрягся. – Разве можно судить человека по лицу?
- Нужно. – В помещении послышался
тихий смех. – Как ее зовут?
- Дэлл. – Мужчина замялся. – Дэлл
Элис Аронст. Девятнадцать лет.
- Чудно. Ну что же... Она «выиграла»
месяц «райского наслаждения». Добро пожаловать в рай, Дэлл.
Добро пожаловать в
«рай»
- На кой черт тебе вообще все это
нужно? - Девушка подперла кулаком голову, глядя на подругу, которая
раз за разом обновляла страницу в телефоне. Прохладный июньский
ветер поднимал в воздух пряди волос, и та все время их смахивала.
Солнце подкрадывалось к их столику, иногда мимо сновал одинокий
официант, который пару минут назад принес клиенткам по чашке
горячего американо.